Цветаева m. и. - Поэзия и судьба цветаевой
 ...Моим стихам, как драгоценным винам,
     Настанет свой черед. М. Цветаева
    Марина Цветаева — поэт огромного таланта и трагической судьбы. Она всегда оставалась верна себе, голосу своей совести, голосу своей музы, которая ни разу “добру и красоте не изменила”.
    Стихи писать она начинает очень рано, и конечно же, первые строки о любви:
    Нас разлучили не люди, а тени.
    Мальчик мой, сердце мое!..
    Не было, нет и не будет замены,
    Мальчик мой, сердце мое!
    О ее первой книге “Вечерний альбом” признанный мэтр русской поэзии М. Волошин писал: “Вечерний альбом” — это прекрасная и непосредственная книга...” Лирика Цветаевой обращена к душе, сосредоточена на быстро меняющемся внутреннем мире человека и, в конце концов, на самой жизни во всей ее полноте:
    Кто создан из камня, кто создан из глины, —
     А я серебрюсь и сверкаю!
     Мне дело — измена, мне имя —
    Марина,
    Я — бренная пена морская.
    В стихах Цветаевой, как цветные тени в волшебном фонаре, возникают: Дон-Жуан в московской вьюге, юные генералы 1812 года, “продолговатый и твердый овал” бабушки-польки, “бешеный атаман” Степан Разин, страстная Кармен.
    Больше всего, наверное, меня привлекает в поэзии Цветаевой ее раскрепощенность, искренность. Она как будто протягивает нам сердце на ладони, признаваясь:
    Всей бессонницей я тебя люблю,
     Всей бессонницей я тебе внемлю...
    Иногда кажется, вся лирика Цветаевой — это непрерывное объяснение в любви к людям, к миру и к конкретному человеку. Живость, внимательность, способность увлекаться и увлекать, горячее сердце, жгучий темперамент — вот характерные черты лирической героини Цветаевой, а вместе с тем и ее самой. Эти особенности характера помогли ей сохранить вкус жизни, несмотря на разочарования и сложности творческого пути.
    Во главу своей жизни Марина Цветаева поставила труд поэта, невзирая на часто нищее существование, бытовые неурядицы и трагические события, буквально преследовавшие ее. Но быт побеждало бытие, выраставшее из упорного, подвижнического труда.
    Результат — сотни стихов, пьесы, более десяти поэм, критические статьи, мемуарная проза, в которой Цветаева сказала все о себе самой. Можно лишь преклониться перед гением Цветаевой, создавшей совершенно неповторимый поэтический мир и свято верившей в свою музу.
    До революции Марина Цветаева выпустила три книги, сумев сохранить свой голос среди пестрого многоголосия литературных школ и течений “серебряного века”. Ее перу принадлежат оригинальные, точные по форме и мысли произведения, многие из которых стоят рядом с вершинами русской поэзии.
    Я знаю правду! Все прежние правды — прочь.
    Не надо людям с людьми на земле бороться.
    Смотрите: вечер, смотрите: уж скоро ночь.
    О чем — поэты, любовники, полководцы?
    Уж ветер стелется. Уже земля в росе,
    Уж скоро звездная в небе застанет вьюга,
     И под землею скоро уснем мы все,
     Кто на земле не давали уснуть друг другу...
    Поэзия Марины Цветаевой требует усилия мысли. Ее стихи и поэмы нельзя читать и почитывать между делом, бездумно скользя по строкам и страницам. Сама она так определила “сотворчество”№ писателя и читателя: “Что есть чтение, — как не разгадывание, толкование, извлечение тайного, оставшегося за строками, за пределом слов... Чтение — прежде всего — сотворчество... Устал от моей вещи, — значит, хорошо читал и — хорошее читал. Усталость читателя — усталость не опустошенная, а творческая”.
    Цветаева видела Блока лишь издали, не перемолвилась с ним ни единым словом. Цветаевский цикл “Стихи к Блоку” — это монолог влюбленности, нежный и трепетный. И хотя поэтесса обращается к нему на “ты”, но эпитеты, которые присваиваются поэту (“нежный призрак”, “рыцарь без укоризны”, “снежный лебедь”, “праведник”, “свете тихий”) говорят, что Блок для нее — это не реально существующий человек, а символический образ самой Поэзии:
    Имя твое — птица в руке,
    Имя твое — льдинка на языке,
    Одно-единственное движенье губ.
    Имя твое — пять букв.
    Сколько музыки в этих удивительных четырех строчках и сколько любви! Но предмет любви недосягаем, любовь несбыточна:
    Но моя река — да с твоей рекой,
     Но моя рука — да с твоей рукой
     Не сойдутся. Радость моя, доколь
     Не догонит заря — зари.
    С присущей ей афористичностью Марина Ивановна Цветаева так сформулировала определение поэта: “Равенство дара души и глагола — вот поэт”. В ней самой счастливо сочетались эти два качества — дар души (“Душа родилась крылатой”) и дар слова.
    Я счастлива жить образцово и просто:
    Как солнце — как маятник — как календарь.
    Быть светской пустынницей стройного роста,
    Премудрой — как всякая Божия тварь.
    Знать: Дух — мой сподвижник, и Дух — мой вожатый!
    Входить без докладу, как луч и как взгляд.
    Жить так, как пишу: образцово и сжато, —
    Как Бог повелел и друзья не велят.
    Трагедия Цветаевой начинается после революции 1917 года. Она не понимает и не принимает ее, она оказывается одна с двумя маленькими дочерьми в хаосе послеоктябрьской России. Кажется, все рухнуло: муж неизвестно где, окружающим не до поэзии, а что поэт без творчества? И Марина в отчаянии спрашивает:
    Что же мне делать, ребром и промыслом
     Певчей! — как провод! загар! Сибирь!
    По наважденьям своим — как по мосту!
     С их невесомостью
     В мире гирь.
    Никогда, — ни в страшные послереволюционные годы, ни потом в эмиграции; — Цветаева не предала себя, не изменила себе, человеку и поэту. За границей она трудно сближалась с русской эмиграцией. Ее незаживающая боль, открытая рана — Россия. Не забыть, не выбросить из сердца. (“Точно жизнь мою убили... истекает жизнь”.)
    В 1939 году Марина Ивановна Цветаева вернулась на Родину. И начался последний акт трагедии. Страна, придавленная свинцовым туманом сталинщины, как бы доказывала — еще и еще раз, что ей не нужен поэт, любивший ее и стремившийся на Родину. Стремившийся, как оказалось, чтобы умереть.
    В богом забытой Елабуге 31 августа 1941 года — петля. Трагедия окончена. Окончена жизнь. Что осталось? Сила духа, бунтарство, неподкупность. Осталась Поэзия.
    Вскрыла жилы: неостановимо,
     Невосстановимо хлещет жизнь.
    Подставляйте миски и тарелки!
     Всякая тарелка будет — мелкой.
     Миска — плоской.
    Через край — и мимо —
    В землю черную, питать тростник.
    Невозвратимо, неостановимо,
    Невосстановимо хлещет стих.
    О Цветаевой, о ее стихах я могу писать бесконечно. Удивительна ее любовная лирика. Ну кто еще мог именно так определить любовь:
    Ятаган? Огонь?
    Поскромнее, — куда так громко!
    Боль, знакомая, как глазам — ладонь,
    Как губам —
    Имя собственного ребенка.
    В стихах Цветаевой вся она, мятежная и сильная, и в боли продолжающая дарить себя людям, из трагедии и страданий создающая Поэзию.
    Птица-Феникс я, только в огне пою!
     Поддержите высокую жизнь мою!
     Высоко горю — и горю дотла!
    И да будет вам ночь — светла!
    Сегодня сбылось пророчество Марины Цветаевой: она один их самых любимых и читаемых современных поэтов.
Источник: http://slovo.ws/