Толстой а. н. - «петр первый_ тиран и созидатель»
    Царю Петру и Вам, о царь, хвала!
    Но выше вас, цари: колокола.
    М. Цветаева
    О всех русских царях написаны художественные произведения. Но Петр Первый в этом плане пользовался наибольшей популярностью. Видимо, потому, что “прорубил окно в Европу” и был первым реформатором государственного масштаба в России. Особенно чествовал его в своем творчестве А. С. Пушкин. По-моему, естественно, что к образу Петра Великого обратился и писатель Алексей Толстой. Как известно, этот писатель любил освещать в своих произведениях судьбоносные времена. Впервые Петр появился у него в рассказе “День Петра”, который был написан сразу после революции 1917 года. Позже вышла его пьеса “На дыбе”, которая также затрагивала Петровскую эпоху. От произведения к произведению толстовский Петр все более проявлялся как конкретная историческая личность, способная заметно повлиять на ход истории государства.
    Известно, что А. Толстой интересовался политикой и по своим политическим взглядам принадлежал к сторонникам укрепления российской государственности. Об этом, он писал
    в своем “Открытом письме Н. В. Чайковскому” накануне возвращения из эмиграции: “...укрепление русской государственности, восстановление в разоренной России хозяйственной жизни и утверждение великодержавности России, — писал он, — для писателя главная задача”. Он считал также, что единственной силой, способной в России справиться с этой задачей, являются большевики. Поэтому А. Толстой, официально не являясь сторонником большевиков, все же был готов с ними сотрудничать на этой почве. Трудно судить, насколько искренни были его заявления о лояльности к советской власти, но он довольно безболезненно в отличие от других писателей прошел путь вживания в новую политическую и литературную среду, хотя пролетарская критика была готова в любой момент объявить его контрреволюционером.
    Переломным моментом в судьбе А. Толстого стал 1930 год, когда вышла в свет первая книга романа “Петр Первый”. Книга оказалась созвучной времени. Большевикам, я считаю, понравилась в романе тема становления вождя. Толстой подробно описал детство, юность, период мужания будущего Петра Великого. Автор отмечал не только положительные, но и отрицательные стороны характера Петра, но он всегда их оправдывал государственной необходимостью либо самозащитой. В принципе Петр у Толстого получился идеальным реформатором, которого призвало время спасти Россию и ввести ее в цивилизованный мир. Мне кажется, что А. Толстой проявил дипломатическую гибкость. Например, описывая стрелецкий бунт, он сконцентрировал все внимание читателя на внешнем историческом колорите тех событий, не пытаясь дать оценку трагедии в соответствии с современными нормами морали.
    Толстой-дипломат видится мне во многих эпизодах этого романа. Например, автор постоянно сравнивает Петра с князем Василием Голицыным и шведским королем Карлом XII. Смысл этих сопоставлений заключается в том, чтобы показать важность наличия в государстве сильной царственной личности в период реформ. Таковой в Швеции является король Карл XII, а князь Голицын просто теоретик, но не человек воли и действия, у него нет хватки вождя. Толстой дает понять, что Петр Первый выгодно отличается от них обоих, но все же пример ему лучше брать с Карла XII, хотя тот думает только о собственной славе.
    Писатель наделяет Петра способностью переживать за славу отечества, и получается идеальный русский государственный реформатор.
    Современная история доказала, что правление Петра Первого стоило России многих жертв и поражений. Об этом не мог не знать А. Толстой, который имел блестящее образование. Значит, писатель последовательно и сознательно продолжал свою тонкую дипломатическую линию в развитии образа царя-реформатора. Толстой особо подчеркивал, что в своей деятельности Петр опирался на преданность общему делу. Отменил все привилегии за принадлежность знатному роду. “Знатность по годности считать” — так распорядился молодой царь Петр. В романе есть эпизоды, в которых описано, как показывал свою государственную несостоятельность, например, боярин Буйносов, и наоборот — незнатного рода люди доказали свое радение о государстве, пример тому — бывший московский торговец пирогами Меншиков и семейство Бровкиных, которые дослужились до высоких постов и званий.
    Какие бы дипломатические приемы не использовал А. Толстой, он не мог обойти всем известных исторических фактов. А они таковы: Петр Первый построил столицу на костях своих подданных, устраивал массовые казни, преследовал людей за веру. Совершил еще много поступков, которые невозможно оправдать никакой исторической необходимостью. Сейчас мы говорим, что идея государственности не может быть выше человеческой жизни и свободы личности, и мы уверены в том, что правы. А ведь всего несколько десятков лет назад такие убеждения могли себе позволить лишь такие люди, как Марина Цветаева, стихи которой я поставил эпиграфом к своему сочинению. Еще в 1916 году она закончила свое стихотворение так:
    И целый сорок сороков церквей
    Смеются над гордынею царей!
    И я, вслед за великой поэтессой, считаю, что не надо нам больше ни царственных тиранов, ни царственных созидателей.
Источник: http://slovo.ws/