Лермонтов м. ю. - Традиционное и новаторское в одном из произведений русской литературы xix века
Человек с его мыслями, чувствами, желаниями и стремлениями во все времена был в центре внимания художников слова. Писатели разных эпох пытались проникнуть в самые глубокие тайники человеческой души, найти скрытые причины многих человеческих поступков. Подлинных вершин в изображении внутреннего мира человека достигли русские писатели-реалисты Толстой, Достоевский, Тургенев и другие, которые открыли в человеке новые измерения, заглянув в его самые сокровенные переживания. Именно благодаря неослабевающему интересу к внутреннему миру человека романы этих писателей справедливо называют психологическими, да и сами художники, в особенности Ф. М. Достоевский, нередко называли себя психологами.
Первым психологическим романом в русской литературе заслуженно считается “Герой нашего времени” М. Ю. Лермонтова. Именно в этом романе с небывалой доселе глубиной отразился внутренний мир человека, его сложные и противоречивые отношения с самим собой и окружающими. Подлинно художественное произведение не теряет своей остроты и актуальности веками, а сегодня, через полтора века после того, как Лермонтов написал свой роман, мы вновь и вновь обращаемся к его страницам, чтобы ответить на те непростые вопросы, которые задает нам наше время. Хотя события “Героя нашего времени” развиваются в далеком прошлом, образ Печорина близок и понятен современному человеку, стремящемуся к счастью и свободе точно так же, как герой Лермонтова.
Впервые мы узнаем Печорина из рассказа Максима Максимыча, человека простого и бесхитростного. Для старого офицера поступки героя остаются загадкой, Максим Максимыч не может дать им объяснения: “Славный был малый, смею вас уверить; только немного странен”, — так характеризует он Печорина. Действительно, из рассказа Максима Максимыча истинные мотивы поведения Печорина в истории с Бэлой определить сложно, герой пока предстает изображенным с внешней точки зрения, и поэтому у читателя тотчас появляется вопрос: что за человек Печорин? Этот вопрос будет держать нас в напряжении вплоть до самых последних страниц романа.
Вряд ли можно составить верное впечатление о человеке по чужим, пусть даже самым точным и подробным рассказам. Чтобы соприкоснуться с внутренним миром человека, нужно выслушать его самого, его исповедь о самом себе. “Странности” Печорина предстают перед нами в ином свете, когда мы слышим его большой монолог, обращенный к Максиму Максимычу. “У меня несчастный характер: воспитание ли сделало меня таким, бог ли так меня создал, не знаю: знаю только то, что если я причиняю несчастья другим, то и сам не менее несчастлив. Глупец я или злодей, не знаю, но то верно, что я также очень достоин сожаления”, — вот что говорит о себе Печорин, и из его слов становится ясно, что это человек, постоянно ищущий свое место в мире, свое призвание и предназначение, напряженно обдумывающий самый сложный вопрос — вопрос о смысле человеческой жизни. Найдет ли Печорин ответ, мы пока не знаем, и в его поисках нам еще предстоит пройти вместе с героем долгий путь.
Максим Максимыч узнал героя достаточно близко, а вот рассказчик, путешествующий офицер, видит его впервые. Только мы услышали печоринскую исповедь в “Бэле”, только успели составить представление о внутреннем мире героя, как перед нами появляется совсем иной Печорин, холодный и надменный, презрительно отталкивающий старого товарища и уезжающий в неизвестность. В конце повести “Максим Максимыч” вопрос о том, кто такой Печорин, еще больше волнует читателя, и, когда живой Печорин в первый и последний раз промелькнул перед нашими глазами, мы еще больше хотим увидеть этого человека изнутри. В изображении героя Лермонтов мастерски использует прием смены точек зрения, нагнетая интерес читателя к его личности, предлагая одну загадку за другой. И вот, увидев Печорина глазами Максима Максимыча и рассказчика, мы наконец отправляемся в путешествие в глубины печоринской души, видим Печорина таким, каков он на самом деле.
Первое, что бросается в глаза при чтении заметок Печорина, — это предельная честность героя в размышлениях наедине с самим собой. Свой “Журнал” Печорин пишет только для себя, не стремясь каким-то образом приукрасить истинное положение дел или скрыть от чужого глаза самое сокровенное. Лишь волей случая эти записки, “сердечные тайны”, попадают в руки рассказчика, который сразу же уходит в тень и передает слово своему герою, обладающему не меньшим писательским талантом. Рассказывая о событиях своей жизни, Печорин мастерски использует такие жанры, как путевые заметки (“Тамань”), короткую авантюрную новеллу (“Фаталист”) и дневник (“Княжна Мери”). Именно в последнем жанре ему удается наиболее полно раскрыть перед читателем свою душу. Записки Печорина о каждодневных событиях перемежаются обширными философскими рассуждениями, и острый, увлекательный сюжет “Княжны Мери” не остается чем-то внешним. Вообще, склонность к философствованию, к рефлексии — важнейшая черта внутреннего мира Печорина, поэтому в его записках такое значимое место занимают внутренние монологи. Попробуем обозначить их основные проблемы.
На протяжении всего романа Печорин решает проблему собственной судьбы, собственного предназначения. Он чувствует, что в его жизни участвуют какие-то необъяснимые силы, что все происходящее с ним имеет какой-то важный смысл. “Явно судьба заботится о том, чтоб мне не было скучно”, — восклицает Печорин, предвкушая интересные повороты в истории с Мери и Грушницким. Однако Печорин задумывается и о том, как часто ему приходилось играть роль топора в руках судьбы, о том, что списать ответственность за собственные поступки на волю предопределения гораздо проще, чем принять эту ответственность на себя. Если покорно следовать за судьбой, зачем тогда человеку свобода воли? Полагайся Печорин целиком и полностью на волю судьбы, он с легкостью принял бы предложение жениться на Мери и тем самым избежать наказания за убийство Грушницкого.
Печоринская рефлексия достигает предельной напряженности в ночь перед дуэлью. Понимая, что лишь один шаг отделяет его от возможной смерти, Герой не боится признаться себе, что его жизнь прошла зря: “Пробегаю в памяти все прошедшее и спрашиваю себя невольно: зачем я жил? Для какой цели я родился?.. А, верно, она существовала, и, верно, было мне назначение высокое, потому что я чувствую в душе моей силы необъятные... Но я не угадал этого назначения, я увлекся приманками страстей пустых и неблагодарных”, — так строго и безжалостно может судить себя лишь подлинно смелый и сильный человек. Очень важно, что эти слова Печорин говорит перед последним пределом, перед лицом смерти. Вспомним похожий эпизод перед дуэлью в романе “Евгений Онегин”. Как разительно отличается поведение его героев от напряженных размышлений Печорина! Ленский пишет очередное бездарное стихотворение, а Онегин и вовсе спит мертвым сном. Но “не таков Печорин”, как сказал еще Белинский: близость смерти обостряет мысль героя, заставляет по-иному взглянуть на прошедшее.
Из внутреннего монолога героя мы понимаем, что главное противоречие его жизни — несоответствие огромных способностей, ясной и точной мысли тем поступкам, которые он совершает. В самом деле, чем занимается Печорин на протяжении романа? Из банального любопытства вторгается в жизнь контрабандистов, от преследующей его повсюду скуки затевает интригу с Грушницким и Мери, становится причиной гибели Бэлы. В жизни Печорина нет достойного его способностей дела, и это заставляет героя размениваться на мелочи в ожидании очередного подарка судьбы. Но жизнь проходит впустую, а противоречия в душе героя все углубляются: “Во мне два человека, — говорит Печорин Вернеру, — один живет в полном смысле этого слова, другой мыслит и судит его”.
И вот, наконец, мы добрались до последней в романе новеллы “Фаталист”. Вновь герой оказывается перед лицом смерти, на сей раз от шашки казака, убившего Вулича. Но теперь ситуация не оставляет времени на раздумья, сюжет требует действия, кто-то должен обезвредить убийцу, готового на все. И здесь Печорин впервые в романе совершает поступок, нисколько не расходящийся с его мыслями, поступок, достойный героя. “Я люблю сомневаться во всем: это расположение ума не мешает решительности характера — напротив, что до меня касается, то я всегда смело иду вперед, когда не знаю, что меня ожидает. Ведь хуже смерти ничего не случится, а смерти не минуешь!” — таким видит Печорин смысл человеческой жизни. А значит, в сторону рассуждения о предопределении, каждый сам творит свою судьбу в действии, и это лучший способ преодолеть то раздвоение, которое Печорин находит в самом себе.
Но вернемся назад, вспомним, что после истории, рассказанной в “Фаталисте”, будут еще события, о которых мы узнали в самом начале романа, и в них Печорин предстал перед нами в весьма непривлекательном свете. Так можно ли однозначно ответить на вопрос, кто такой Печорин, каков он на самом деле? Я думаю, нет. То, что герой достиг согласия мысли и действия однажды, утверждает Лермонтов, вовсе не значит, что так будет и впредь. Поэтому Печорин так и остается для читателя неразгаданной загадкой, недосказанность — главная особенность его образа. И это не удивительно: если тайна человеческой натуры будет решена раз и навсегда, то жизнь потеряет свой интерес, потеряет вкус поиск ее смысла. Мне кажется, что именно эта идея и легла в основу гениального романа М. Ю. Лермонтова.
Источник: http://slovo.ws/