Жуковский в. а. - «да в чадах к родине любовь зажгут отцов могилы»
Если по стихам В. А. Жуковского попытаться создать образ автора, то нетрудно представить себе погруженного в размышления, вечно опечаленного и тоскующего человека, угнетенного скорым расставанием с земными радостями. Но на самом деле Жуковский был другим. Ему были присущи исключительное трудолюбие, упорство, воля, удивительная крепость духа и твердость характера. Мягкость и меланхолическая поэтичность его натуры сочетались с прочными нравственными принципами, которыми о не поступался в самых сложных жизненных ситуациях. Поэт активно участвовал в общественной жизни. Не остался в стороне от национального подъема в 1812 году, вступив в московское ополчение. Это был самый трудный и героический период войны с Наполеоном. Во время Бородинского сражения Жуковский находился на поле боя, и впечатления от битвы нашли отражение позднее в мемуарном письме («Бородинская годовщина», 1839) и в ряде поэтических произведений. После того как русская армия оставила Москву, Жуковский участвовал в знаменитом Кутузовском марш-маневре, который и завершился Тарутинским сражением. Его патриотические чувства с большой силой выражены в стихотворениях, лучшим из которых по праву считается «Певец во стане русских воинов» (в первой публикации это стихотворение было напечатано с подзаголовком: «Писано после сдачи Москвы перед сражением при Тарутине»).
В этой романтической оде певец, подобно древнему Бояну, поет славу воинам. Возвышенная и чувствительная душа певца обращена к предкам и к героям-современникам. Давно нет в живых многих славных воинов и «пламень ржавчины сожрал их шлемы и кольчуги», но «дух отцов воскрес в сынах». Певец, собравший на поле недавней брани воинов, оставшихся в живых, призывает друзей наполнить свои кубки и поднять их в память о ратных подвигах дедов и отцов.
Он вспоминает дни славных побед русского воинства под предводительством великих князей Киевской Руси, и перед нами проходит череда реально существовавших исторических деятелей.
Святослав — великий князь киевский. Древние летописи хранят речь великого князя, обащенную к воинам во время похода против греков: «Не посрамим земли русской, ляжем костьми...» Воины, одушевленные словами и примером вождя, устремились на многочисленного неприятеля и одержали победу. Дмитрий Донской вошел в историю как великий князь, одержавший в 1380 году в Куликовской битве победу над монголо-татарами и их ханом Мамаем. Упоминает певец и «чету двух соименных» — царя и великого князя Московского Ивана III и русского царя Ивана IV. Гордится он и победами Петра I, особенно победой над шведами, одержанной в 1709 году под Полтавой. Это сражение навсегда решило участь России. «Обыкновенные последствия войны, — писал в примечаниях Жуковский, — суть всеобщее опустошение и грабительство; но сей знаменитый день был виною благополучия многих миллионов, увенчав труды, подъятые Великим Петром для преобразования своего Отечества. Дерзкий Карл, ворвавшийся в пределы российские с непобедимым войском, едва мог спастися бегством с немногими спутниками...» Восхищается полководческим гением «вождя победы, грозы турок и сарматов, избавителя Италии» Суворова, который окончил свои славные Дни, но дух его, по мнению поэта, «еще предводит полками... и вливает новое мужество в сердца воинов».
Воздав должную хвалу героям минувших лет, певец на поле брани посвящает кубок Отчизне («Отчизне кубок сей, друзья!»), окидывает взглядом «поля, холмы родные, родного неба милый свет, знакомые потоки ...» — все, что дорого сердцу каждого воина, и призывает их: «На вражьи грянем силы» за «милый дом», «сонм друзей бесценный», «за царский трон, и прах царей», за «предков прах священный». Поэт поет славу «ратным и вождям», своим товарищам по оружию, восхваляет их мужество, смелость, стойкость, пренебрежение к опасностям ратной жизни. Он восхищается личными качествами и мудростью полководца Кутузова, — «бодрого вождя», «героя под сединами», который ведет свои полки к победе, разделяя с войском и радости побед и тяготы воинской жизни, — «вихрь, и дождь, и труд».
Далее певец поднимает хвалебные кубки в честь прославленных генералов — участников Отечественной войны 1812 года. В этом славном ряду: «Ермолов, витязь юный...», «Раевский, слава наших дней... с отважными сынами...», Коновницын, Платов, Бе-ненгсен, Остерман, Пален, Тормасов, Дохтуров, Багговут (к строкам о К. Ф. Багговуте относились слова Жуковского: «Стихи сии сочинены прежде Тарутинского сражения. Багговут был первою его жертвою»), Воронцов, Щербатов, Строганов. Звучит «хвала бестрепетных вождям» — виднейшим командирам партизанских отрядов: Фигнеру, Давыдову («Давыдов — пламенный боец... в мире счастливый певец вина, любви и славы»). Ему вторят воины:
Вожди славян, хвала и честь!
Свершайте истребленье,
Отчизна к вам взывает: месть!
Вселенная: спасенье!
Также поэт посвящает «кипящий кубок... вождям, сраженным в бое»: Кульневу, Кутайсову, Багратиону:
И честь вам, падшие друзья!
Ликуйте в горней сене;
Там ваша верная семья —
Вождей минувших тени.
Воздав должное героям, певец поднимает кубки за земные непреходящие ценности (любовь, дружбу, отчий дом) и призывает к мщенью «злодею», лестью приманившему «к Москве свои дружины». Он посвящает также «кубок чистым музам в дар ... Они в героя вливают бодрость, славы жар, и месть, и жажду боя».
Себя же певец отождествляет с Бояном — великим стихотворцем, который своими песнями возбуждал мужество славянских воинов. Именно в этом и сам Жуковский видит призвание и
назначение поэта в дни тяжелых испытаний. И действительно, ода «Певец во стане русских воинов» (1812), получившая широкое распространение в русской армии, принесла Жуковскому славу «Русского Тиртея» и служила целям военно-патриотической агитации в русской армии.
Источник: http://slovo.ws/