Есенин с. а. - Сергей есенин. жизнь и судьба
На долю истинного поэта всегда выпадает много горя и страданий, даже в том случае, если он баловень судьбы. Ведь в этом мире ничего не дается просто так и за все приходится платить. За дарованный свыше талант — плата особенная.
Опутанная недомолвками и кривотолками судьба великого русского поэта Сергея Есенина — тому свидетельство и подтверждение. Всю свою короткую, бесшабашную, романтическую жизнь он возбуждал в окружающих бурные, противоречивые страсти, и сам раздирался страстями столь же бурными и противоречивыми.
С посмертной же судьбой Есенина произошла странная метаморфоза. Он мертв уже более семидесяти лет, но все, связанное с ним, продолжает жить. Живут не только его стихи, а вообще все “есенинское”. Все, что его волновало, радовало, мучило. Все, что каким-либо образом с ним соприкасалось.
Есенин является в нашей литературе фигурой своего рода культовой. Всенародная любовь привела даже к появлению жанра “народного есениноведения”: обсуждается улыбка поэта, голубые глаза, золотые кудри, как изящно сидел на Есенине костюм и прочее. (Кстати, по свидетельству Варлаама Шаламова, Есенин стал единственным поэтом, принятым блатным миром. В лагерном языке “Есениным” называют любого доморощенного стихотворца из заключенных.) Так что исключительность посмертной есенинской судьбы очевидна.
В одном лишь не повезло Есенину. Его биография до сих пор далека от истинной, объективной картины.
Академическое “есениноведение” в результате деятельности ряда ученых-есениноведов находится в застое. Эти ученые, создав “официальную концепцию”, на том и успокоились. Они образовали как бы замкнутый коллектив, куда не хотят впускать посторонних. Ими замалчиваются или даже подтасовываются некоторые факты биографии поэта, не укладывающиеся в заранее заготовленную схему. Так считает кандидат исторических наук, автор более 80 публикаций по истории литературы Сергей Викторович Шумихин, и с его мнением нельзя не согласиться.
Правда, в исследованиях последнего периода все же прослеживаются некоторые колебания в интерпретации облика поэта, странным образом совпадающие с колебаниями общественно-политической обстановки в стране. Разброс этот довольно велик: от недавнего бесконечного повторения есенинских строк о Ленине, возгласа “Мать моя — родина, я большевик!” до создания образа бесстрашного обличителя “еврейско-большевистских зверств”, скрывающегося от ГПУ и в конце концов застигнутого этим ГПУ в гостинице “Англетер”.
“Независимым” же исследователям, которые смогли бы создать объективный взгляд на жизнь и творчество поэта, он почему-то неинтересен, они занимаются Анной Ахматовой, Мариной Цветаевой, Осипом Мандельштамом. Есть, правда, один, наиболее раскрепощенный, исследователь, изучающий Есенина, — англичанин Гордон Маквей из Бристоля. Он выпустил монографии “Жизнь Есенина” и “Айседора и Есенин”. Правда, его идеи, не имеющие ничего общего с “официальной концепцией”, есениноведами в расчет не принимаются. Так вот, Маквей высказал интересную мысль. Он считает, что Есенин мог бы стать очень популярной фигурой у молодежи Запада, потому что напоминает рано ушедших из жизни знаменитых рокзвезд, вроде Джимми Хендрикса или Курта Кобейна, поскольку столь же своевольный и анархичный. Вполне вероятно, что англичанин прав. И все же, сколь бы ни были объективны исследования Маквея, для него, как и для других западных ученых, Есенин существует вне связи с судьбой России, вне советской истории.
Есть еще и многочисленные мемуарные источники, написанные не только сильными мира сего — политиками, поэтами, актерами, художниками, но и простыми обывателями, а то и просто завистниками и злопыхателями. Однако все воспоминания подобного рода очень противоречивые и не точные, поскольку мемуары вообще никогда не бывают протокольно точными в силу личностного взгляда автора на вещи.
Из всего, о чем говорилось выше, становится понятным, что писать о жизни Сергея Есенина чрезвычайно трудно, тем более — в рамках обычного школьного сочинения, ведь для этого пришлось бы изучить огромный мемуарный и исследовательский материал, а изучив его, приложить немало усилий для того, чтобы отделить легендарное от фактического. Такое под силу далеко не каждому, и я не претендую на то, чтобы стать тем человеком, который смог бы осилить подобное.
И все же, поскольку взялся за эту тему, попытаюсь вкратце, почти пунктиром, изложить основные факты биографии поэта. Подчеркиваю: написанное мною не претендует на то, чтобы стать откровением. Хотя я очень надеюсь, что подобное рано или поздно произойдет.
“Я сын крестьянина. Родился в 1895 году 21 сентября, — писал Есенин в своей автобиографии, — С двух лет, по бедности отца и многочисленности семейства был отдан на воспитание довольно зажиточному деду по матери...” Дед его был мельником. Бабушка и дедушка любили внука и заботились о его будущем: дедушка научил его драться, а бабушка баловала и заставляла ходить в церковь. Семья хотела, чтобы Сергей стал сельским учителем, и поэтому его отдали в закрытую церковноучительскую школу. Но, окончив ее в 1911 году, он объявил о своем намерении стать поэтом,
На следующий год Есенин уехал в Москву, где стал посещать вечерние курсы при университете
и вступил в литературно-революционное общество, подрабатывая на жизнь в различных местах. Работая корректором в издательстве Сытина, он влюбился в Анну Изряднову, коллегу по работе, которая в конце 1914 года родила ему сына, Юрия Изряднова. Через два месяца после этого их связь прекратилась, и Есенин уехал в Санкт-Петербург в поисках литературного счастья. Правда, он на короткое время приезжал в Москву в 1915 и 1916 годах, чтобы навестить Анну и сына.
“Восемнадцати лет я был удивлен, разослав свои стихи по журналам, тем, что их не печатают, и неожиданно нагрянул в Петербург. Там меня приняли весьма радушно. Первый, кого я увидел, был Блок, второй — Городецкий. Когда я смотрел на Блока, с меня капал пот, потому что в первый раз видел живого поэта”.
“Нагрянул” он в Петербург простоватым, робким парнем, с небольшим багажом, с тетрадкой стихов и с честолюбивой мечтой многих юных провинциалов — завоевать себе славу.
Городецкий познакомил его с крестьянским поэтом Николаем Клюевым, который стал другом Есенина и его литературным патроном.
Многие питерские знакомые поэта отмечали его приятную мальчишескую внешность и голубые, “васильковые” глаза. И никто не мог остаться равнодушным к его молодости, внешней привлекательности и, самое главное, — к его огромному таланту.
За три года жизни в Петербурге Есенин стал известным поэтом. Его окружали поклонники и друзья. Постепенно он осмелел, стал дерзким, самоуверенным и хвастливым. Но, странное дело, наивность и доверчивость его остались. В этом противоречии таилось какое-то особое очарование. Есенина любили, баловали и даже прощали то, что другому не простили бы.
Поэту был двадцать один год, когда появился его первый стихотворный сборник “Радуница”. С этого момента спираль его жизни начала стремительно раскручиваться.
В том же, 1916-м, году он был призван на военную службу, и там на него обратила внимание императрица Александра Федоровна, для которой ему довелось читать свои стихи. Несмотря на такую честь, он ненавидел армейскую жизнь и дезертировал, как только представилась возможность, но вскоре был пойман и отправлен в штрафной батальон.
Во время революции 1917 года Есенин вновь дезертировал и примкнул к революционерам. Нет, членом ВКП(б) он не стал, но оказался в непосредственной близости к “советским верхам”.
Октябрь задел в Есенине социальные струны, и в его поэзии появились первые революционные мотивы. К середине 1918 года он стал складываться как один из самых значительных и оригинальных молодых поэтов. Молодежь подняла его на щит. Когда вышел его сборник “Голубень”, книжку раскупили за несколько дней.
А незадолго до того, осенью 1917-го, Есенин женился на Зинаиде Райх, которая служила секретаршей в эсеровской газете “Дело народа”. Она родила ему двоих детей — дочку Татьяну и сына Константина. Однако брак этот оказался непрочным — летом 1918 года Есенин ушел от жены (официально они развелись в 1921 году).
В конце 1918 года в Москве возникла новая поэтическая школа. Ее инициаторы называли себя имажинистами. В нее входили Анатолий Мариенгоф, Вадим Шершеневич, Александр Кусиков и другие молодые поэты. Школе нужна была центральная фигура, яркое, сильное поэтическое имя. Вовлекли Есенина. И это был главный и единственный козырь имажинистов. Без Есенина школа была бы пустым местом. А самому Есенину имажинизм вовсе не был нужен.
В 1919 году в Москве начали открываться одна за другой книжные лавки писателей. Писатели сами торговали книгами и своими писательскими автографами. Поэты читали свои стихи в кафе и клубах, получая за выступление гонорар. Открыли свою книжную лавку и поэты-имажинисты. Ухитряясь как-то издавать свои стихи (а время было трудное и бумаги не хватало), они продавали их в своей книжной лавке. Книги их, и особенно стихи Есенина, расходились быстро.
Как жилось в эти годы Есенину?
Писал он много и легко и печатался больше и чаще других. Нередко выступал со своими стихами в различных кафе, в том числе — в имажинистском “Стойле Пегаса”. Да и зарабатывал больше других. Но жилось ему от этого ничуть не легче, чем остальным. Совсем не легко и не весело.
Питался он плохо. И к тому же у него не было своего угла. Время от времени находился то в Пролеткульте на Воздвиженке, то на Знаменке, то на Красной Пресне жил у скульптора Сергея Коненкова, то у иных друзей и знакомых — как мужчин, так и женщин. У кого приходилось... Затем стал квартировать в Богословском вместе с Мариенгофом, которого считал своим лучшим другом.
Так и жил Есенин бродячей, кочевой жизнью, подчеркнуто богемной. Впрочем, и в последующие годы, до самой своей смерти, он так и не обрел постоянного пристанища.
Годы войны и революции наложили на Есенина определенный отпечаток. В семнадцать лет он по религиозным соображениям стал вегетарианцем и трезвенником. В армии пристрастился к выпивке и, хотя бросил пить во время своего недолгого брака, после развода снова вернулся к прежнему.
Запои Есенина совпадали с периодами его депрессии. Он был переполнен идеями и жизненной энергией, но временами все начинало казаться ему бесполезным и бессмысленным. Он достиг своей мечты стать известным поэтом, но ценой этому стала разлука с деревенской жизнью, к которой тянулась его душа. В пьянстве он находил временную отдушину, спасавшую от отчаяния, которое сопровождало его всю жизнь.
А тем временем финансовые дела Есенина шли неплохо. Издание стихов давало определенный доход, и он разыгрывал перед окружающими роль удачливого дельца. Да и внешне поэт сильно изменился. Теперь это был элегантный, рафинированный и небрежносамоуверенный денди с презрительно-снисходительной улыбкой на все еще нежных губах. А на милом, тонком лице его с васильковыми глазами явственно проступили следы увядания — в двадцать пять лет!
Хотя Есенин и изменился, этот период был одним из самых плодотворных в его творческой жизни, и “как только он заканчивал стихотворение, то тут же печатал его”.
Таким был Есенин, когда в его жизнь вошла знаменитая американская танцовщица Айседора Дункан — малиноволосая, беспутная и печальная, чистая в мыслях и великодушная сердцем. Захваченная коммунистической пропагандой, она прибыла в Москву в погоне за своей убывающей славой.
Айседора была уже немолода, старше Есенина на 18 лет. От “божественной босоножки”, “ожившей статуи”, как ее именовали когда-то, осталось мало. Но все-таки она была Айседорой, мировой знаменитостью, и, главное, танцевала в еще неизбалованной знатными иностранцами “красной столице”. И вдобавок танцевала с красным флагом! Восторженные аплодисменты не прекращались. Сам Ленин, окруженный членами совнаркома, из царской ложи приветствовал танец. И, кроме того, она открыла в Москве школу пластики для пролетарских детей в отведенном ей на Пречистенке особняке балерины Балашовой, покинувшей Россию.
Айседора влюбилась в Есенина с первой же минуты, как только его увидела. Он, в свою очередь, несмотря на ее полную фигуру и разницу в возрасте, тоже сильно ею увлекся и вскоре перебрался к ней на Пречистенку.
А в мае 1922-го на целый год исчез из Москвы, отправившись вместе с Айседорой в заграничное турне. Шумно-блестящим метеором пронесся Есенин по Германии, Франции и дальше, за океан, в Америку. Надеялся завоевать весь мир. Не удалось. Его никто не хотел признавать — ни в Европе, ни в Америке. Что им до русского поэта! Он для иностранцев был просто “мужем Айседоры Дункан” и не более того. Будто у него не было ни имени, ни признания...
В 1923 году Есенин порвал с Айседорой и вернулся на родину. Он порвал с мировой знаменитостью. И эта связь, и этот разрыв дались ему нелегко. Он был уже дома, а Айседора все еще надеялась вернуть его, писала ему отчаянные, полные страстного чувства письма, посылала не менее мелодраматические телеграммы... Есенин рвал их и бросал на пол. И все же не случайным любовным эпизодом стала для Есенина эта связь. Обоим она обошлась очень дорого.
Вернувшись в Москву, Есенин вновь стал жить бездомной, кочевой жизнью, с роями собутыльников и прихлебателей, постоянно вившихся вокруг него. Он задыхался в этой нездоровой атмосфере. Он погибал, вдыхая ее пьяный, накокаиненный чад. Стал задирист, легко затевал ссоры и часто вспыхивал, иногда из-за пустяков.
Так шли дни за днями, и вдруг — новая сенсация: после головокружительной связи с Айседорой Дункан Есенин женится на Софье Андреевне Толстой! Она, конечно же, его любила — это внучка Льва Толстого, но он-то ее так и не смог полюбить. А она тем временем вознамерилась выступить в роли спасительницы великого поэта, всеми силами стараясь вьфвать его из среды кабацких прихлебателей, создать нормальные условия для работы, избавить от кочевой жизни... Но сделать это ей оказалось не под силу.
Спасение не удалось. Есенин снова очутился в “Стойле Пегаса”. В это время были написаны поэма “Черный человек” и надрывные стихи “Москвы кабацкой”. А в октябре 25-го попал в психиатрическую больницу, чтобы пройти там двухмесячный курс лечения. Не выдержал — сбежал через месяц.
Дальнейшее хорошо известно, хотя “темных пятен” в гибели поэта предостаточно. Поехал в Ленинград. Надеялся там найти квартиру, начать издавать журнал...
29 декабря 1925 года вечерние ленинградские газеты, а на следующий день газеты всей страны, сообщили, что в ночь с 27 на 28 декабря в гостинице “Англе-тер” поэт “обернул вокруг своей шеи два раза веревку от чемодана, вывезенного из Европы, выбил из-под ног табуретку и повис лицом к синей ночи, смотря на Иса-акиевскую площадь”.
Такова официальная версия его смерти. Самоубийство. Существует и другая версия, согласно которой он был убит по указке ГПУ.
До сих пор не утихают споры: самоубийство?.. или все-таки убийство?.. Тайна пока, разгадку которой Сергей Есенин унес с собой в могилу. :
В любом случае смерть его — среди многих других трагических смертей одна из самых страшных: висельник, залитый кровью, излившейся из перерезанных вен...
Так трагически закончилась жизнь великого русского поэта Сергея Есенина. И мы не вправе судить, хорош ли, плох ли он был в этой своей переполненной страданиями жизни. Ведь к поэтам нельзя относиться с обычной меркой. Они обладают правами, которых попросту нет у обывателя, поскольку стоят невыразимо выше и вместе с тем... невыразимо ниже каждого из обычных смертных. Почему? Потому что это бессознательное существо, и в то же время — это такой поэт, который встречается раз в столетие.
Примерно так сказал Анатоль Франс о Верлене. Современники Есенина считали, что это высказывание применимо и к нему.
Источник: http://slovo.ws/