Афанасий фет - Основные мотивы и образы поэзии а. а. фета
Афанасий Афанасьевич Фет – поэт, воспевающий прекрасное. В этом он видел задачу творца. В лирике Фета звучат возвышенные мотивы, он создает образы, завораживающие своей красотой и изяществом. Основные темы его поэзии – природа, любовь, творчество.
Поэт – тонкий лирик. Он умеет передавать едва уловимое как в человеке, так и в окружающем мире. Особенно это заметно в стихах, посвященных природе. Фет обожает переходы от одного времени года к другому. У него нет статичных пейзажей. Динамика – вот главное свойство поэтических образов Фета:
Еще весны душистой нега
К нам не успела низойти,
Еще овраги полны снега,
Еще зарей гремит телега
На замороженном пути.
Перед нами не зима и не весна. Это межсезонье – любимая картина поэта. Фет был импрессионистом, выражение сиюминутного, изменчивого настроения в лирическом произведении было для него самым важным. Стихотворения о природе у поэта переполнены целой гаммой различных эмоций:
Какая ночь! На всем какая нега!
Благодарю, родной полночный край!
Из царства льдов, из царства вьюг и снега
Как свеж и чист твой вылетает май!
Нет, никогда нежней и бестелесней
Твой лик, о ночь, не мог меня томить!
Опять к тебе иду с невольной песней,
Невольной – и последней, может быть.
В этих строчках звучат и восторг, и упоение красотой майской ночи, и счастье от ощущения полноты бытия, и благодарность родному краю, и трепет, и томление от ночной неги, и наконец отчаяние, что, возможно, такое больше не повторится. Что ни строчка - то чувство, и какой плавный переход от одного контрастного понятия к другому!
Поэтические образы весны и ночи – излюбленные у Фета. Они очень таинственны, позволяют человеку раствориться в своей стихии и благоговейно ожидать чуда:
Жду я, тревогой объят,
…Слух, раскрываясь, растет,
Как полуночный цветок.
Тихо под сенью лесной
Спят молодые кусты…
Ах, как пахнуло весной!..
Это, наверное, ты!
С подобными образами связана другая заветная тема в лирике Фета – любовь. Выражение ее у поэта уникально. Практически все стихотворения о любви Фет посвятил Марии Лазич, своей трагически погибшей подруге. Образ возлюбленной - центральный в этих произведениях. Лирическая героиня здесь светла и прекрасна, она по-прежнему нежно любит своего поэта, дарит ему покой, спасает от житейской суеты, вдохновляет:
Как гений ты, нежданный, стройный,
С небес слетела мне светла,
Смирила ум мой беспокойный,
На лик свой очи привлекла.
Возлюбленная в лирике Фета – это образ-воспоминание. Марию не вернуть, но в стихах она оживает, вновь и вновь пробуждая в поэте глубокое, сильное чувство. Фет остался верен ей навсегда:
Нет, я не изменил. До старости глубокой
Я тот же преданный, я раб твоей любви…
Поэт канонизирует образ возлюбленной, принявшей мученическую смерть. Она – «ангел кротости и грусти». Творец благоговейно трепещет перед ней:
Пред тенью милою коленопреклоненный,
В слезах молитвенных я сердцем оживу
И вновь затрепещу, тобою просветленный, -
Но все тебя не назову.
Фет видел свою вину в том, что не смог предотвратить гибель Марии, поэтому в его любовной лирике очень силен мотив раскаяния. Герой здесь называет себя «несчастным палачом»: ведь, погубив возлюбленную, поэт сломал и собственную жизнь. Теперь ему остались лишь сны и грезы о Марии, а еще мелодия, которую когда-то написал для девушки Ференц Лист:
Какие-то носятся звуки
И льнут к моему изголовью.
Полны они томной разлуки,
Дрожат небывалой любовью.
Судьба отняла у Фета любимую девушку, но вознаградила даром поэта. Тема искусства также проходит через многие его произведения. Основной образ здесь – красота. Она одна дает нам истинную жизнь в страшном сне бытия:
…Пусть по воле рока
Истерзана, обижена глубоко,
Душа порою в сон погружена;
Но лишь краса душевная коснется
Усталых глаз – бессмертная проснется
И звучно затрепещет, как струна.
Миссия творца-поэта у Фета заключается в преодолении жизненных страданий. Подобный человек, по его мнению, должен очистить себя от всего низменного и пробудить свою душу «для вдохновенья, для звуков сладких и молитв», как писал А. С. Пушкин. Фет берет эти слова эпиграфом к своему поэтическому манифесту «Муза». Здесь он говорит о поэте так:
Пленительные сны лелея наяву,
Своей Божественною властью
Я к наслаждению высокому зову
И к человеческому счастью.
Фет понимал, что жизнь тяжела и полна страданий. Но люди рождены для счастья. Где же его взять? В природе, общаясь с ней, в любви, в творчестве. Три этих «вершины» и стали основой его «поэтического пространства», объединив все мотивы и образы.
В личности Афанасия Фета удивительным образом сошлись два абсолютно разных человека: огрубелый, сильно тёртый, битый жизнью практик и вдохновенный, неутомимый буквально до последнего вздоха (а умер он в возрасте 72 лет) певец красоты и любви.
Сын мелкого немецкого чиновника, Фет был за взятку записан сыном орловского помещика Шеншина, который увез мать поэта от его отца. Но обман раскрылся, и Фет в течение многих лет испытывал на себе, что значит быть незаконнорожденным. Главное, что он лишился при этом статуса дворянского сына. Он пытался "выслужить" дворянство, но 13 лет армейской и гвардейской лямки ничего не дали. Тогда он женился по расчету на старой и богатой, стал жестоким и прижимистым сельским хозяином-эксплуататором. Революционерам и даже либералам Фет никогда не сочувствовал и, чтобы достичь желаемого дворянства, долго и громко демонстрировал свои верноподданнические чувства. И только когда Фету было уже 53 года, Александр II изложил благоприятную резолюцию на его прошение. Доходило до смешного: если тридцатилетний Пушкин считал оскорбленнием пожалование ему царем камер-юнкерского звания (это придворный чин, обычно даваемый молодым людям до 20 лет), то этот русский лирик специально выхлопотал себе камер-юнкерство уже в 70 лет?
И при этом Фет писал божественные стихи. Вот стихотворение 1888 года:
"Полуразрушенный, полужилец могилы,
О таинствах любви зачем ты нам поешь?
Зачем, куда тебя домчать не могут силы,
Как дерзкий юноша, один ты нас зовешь?
_ Томлюся и пою. Ты слушаешь и млеешь;
В напевах старческих твой юный дух живет. Цыганка старая одна еще поет".
То есть буквально два человека жили в одной, кстати весьма неприятной на вид, оболочке. Но какая сила чувства, мощь поэзии, какое страстное, юношеское отношение к красоте, к любви!
Поэзия Фета недолго имела успех у современников в 40-е годы, а в 70- 80-х годах это был успех весьма камерный, отнюдь не массовый. Но массам Фет был знаком, хотя они не всегда знали, что популярные романсы, которые они распевают (в том числе и цыганские), _ на слова Фета. "О, долго буду я в молчаньи ночи тайной", "Какое счастие! и ночь и мы одни", "Сияла ночь. Луной был полон сад", "Давно в любви отрады мало", "В дымке-невидимке" и, конечно, "Я тебе ничего не скажу" и "На заре ты ее не буди" _ вот лишь немногие стихотворения Фета, положенные на музыку разными композиторами.
Лирика Фета тематически крайне бедна: красота природы и женская любовь _ вот и вся тематика. Но какой огромной мощи достигает Фет в этих узких пределах. Вот стихотворение 1883 года:
"Только в мире и есть, что тенистый Дремлющих кленов шатер.
Только в мире и есть, что лучистый
Детски задумчивый взор.
Только в мире и есть, что душистый
Милой головки убор.
Только в мире и есть этот чистый
Влево бегущий пробор".
Это своеобразная онтология (философское учение о бытии) Фета, хотя философской его лирику назвать трудно. Мир поэта очень узкий, но какой же прекрасный, полный изящества. Грязь жизни, проза и зло жизни не проникали в его поэзию никогда. Прав ли он в этом? Видимо, да, если видеть в поэзии искусство по преимуществу. Красота и должна быть главным в ней.
Гениальна лирика природы Фета: "Я пришел к тебе с приветом",
"Шепот. Робкое дыханье", "Какая грусть! Конец аллеи", "Это утро, радость эта", "Жду я, тревогой объят" и множество других лирических миниатюр. Они разнообразны, непохожи, каждая являет собой неповторимый шедевр. Но есть общее: во всех них Фет утверждает единство, тождество жизни природы и жизни человеческой души. И поневоле задумываешься: где источник, откуда эта красота? Творение ли это Отца небесного? Или источник всего этого _ сам поэт, его умение видеть, его светлая, открытая красоте душа, каждое мгновение готовая восславить окружающую красоту? В своей лирике природы Фет выступает как антинигилист: если для тургеневского Базарова "природа не храм, а мастерская, и человек в ней работник", то для Фета природа _ единственно храм, храм и фон прежде всего любви, роскошная декорация для тончайших сюжетных изгибов любовного чувства, а во-вторых, храм для вдохновения, умиления и молитвы красоте.
Если для Пушкина была проявлением высшей полноты жизни, то для
Фета любовь есть единственное содержание человеческого бытия, единственная вера. Эту мысль он утверждает в своих стихах с такой силой, что заставляет усомниться, не язычник ли он. У него и сама природа любит _ не вместе, а вместо человека ("В дымке-невидимке").
В то же время вполне в христианском духе Фет считает человеческую душу частицей небесного огня, божьей искрой ("Не тем, господь, могуч, непостижим"), ниспосланной человеку для откровений, дерзаний, вдохновения ("Ласточки", "Учись у них _ у дуба, у березы"). Удивительны поздние стихи Фета, 80-90-х годов. Дряхлый старик в жизни, в поэзии он превращается в горячего юношу, все мысли которого об одном _ о любви, о буйстве жизни, о трепете молодости ("Нет, я не изменил", "Моего тот безумства желал", "Люби меня! Как только твой покорный", "Еще люблю, еще томлюсь").
Разберем стихотворение "Я тебе ничего не скажу", датированное 2 сентября 1885 года. В нем выражена часто встречающаяся у романтиков мысль о том, что языком слов нельзя передать жизнь души, тонкости чувства. Например, стихотворение Фета "Как мошки зарею" (1844) кончается мечтой "О, если б без слова/ Сказать душой было можно!". Поэтому любовное свидание, как всегда, в окружении роскошной природы, (открывается молчанием: "Я тебе ничего не скажу...". Романтики не доверяли языку слов как средству выражения души человека, тем более поэта. Впрочем, назвать Фета романтиком затруднительно: очень уж он "земной". Тем не менее уделом героя стихотворения остается "молча твердить" слова любовного признания.
И этот оксюморон (сочетание контрастных по смыслу слов) становится главным словесно-художественным образом стихотворения. Но все-таки почему он молчит? Какая мотивировка дается этому? Вторая строка уточняет: "Я тебя не встревожу ничуть". Да, как свидетельствуют другие стихотворения, его любовь может и встревожить, взволновать девственную душу его избранницы своими "томленьями" и даже "содроганьями". Есть и другое объяснение, оно в последней строке второй строфы: его "сердце цветет", подобно ночным цветам, о которых сообщается в начале строфы. Вот тождество человеческой души и природы, выраженное, как и во многих других произведениях Фета, с помощью особого художественного приема, называемого психологическим параллелизмом. К тому же грудь, т.е. вместилище эмоционально-духовного начала, героя "больная, усталая" (первая строка третьей, последней строфы). "Я дрожу" - от ночного ли холодка или от каких-то внутренних душевных причин. И поэтому конец стихотворения зеркально повторяет начало: "Я тебя не встревожу ничуть. Я тебе ничего не скажу".
Трехстопный анапест стихотворения звучит напевно: "Я тебе ничего не скажу" неоднократно вдохновляло многих композиторов.
Стихотворение привлекает тонкостью и изяществом выраженных в нем чувств и естественностью, негромкой простотой их словесного выражения.
Источник: http://slovo.ws/